— Мы едем в страшную глухомань, Мэт. Людей будешь видеть редко, только в городке, куда будем ездить за припасами. А городишко, кажется, очень маленький.

Джеймс Брионн был высоким, широкоплечим человеком тридцати трех лет, скуластым, загорелым и обветренным. Он обладал тем редким достоинством, которое называется мужской статью, а за этим скрывалось нечто большее, чем внешность, целый сплав различных качеств, которые властно покоряли всех окружающих. Под наружной невозмутимостью и военной выправкой скрывалась натура страстная и неистовая.

— Поедем поездом, Мэт. Будем ехать несколько дней. Увидим совсем новые края.

— А там будут индейцы? — спросил Мэт.

И это был его первый вопрос, в нем впервые шевельнулся интерес к чему бы то ни было.

— Да, но, надеюсь, не враждебные…

Неожиданно к их столику подошел военный.

— Майор! Здесь наверху генерал, он хочет видеть вас.

— Полковник Дивайн, мы издалека. И я, и мальчик устали. — Брионн старался не выдать своего раздражения. — Я ценю внимание генерала, но ведь мы уже все сказали друг другу…

Дивайн решительно сел.

— Вы нужны ему, Джеймс. Он намерен баллотироваться, и ему нужны рядом честные люди. Для нас с вами не секрет, что в его окружении есть отъявленные негодяи. Но генерал в таких делах не искушен и, чтобы избавиться от негодяев, ему нужен именно такой человек, как вы.

— Человек, который никому не доверяет. Это вы хотите сказать?

Дивайн достал из кармана портсигар и предложил сигару. Джеймс взял.

— У вас славный сынишка, майор, — сказал Дивайн. — И что же вы хотите, чтобы он пропадал без толку в этой пустыне?

— Он не пропадет, полковник. — Брионн говорил как бы между прочим, но в голосе его слышался металл. — Он там многому научится, да и парень он крепкий. Эти места не для слабых; для него это будет хорошая школа.